Олег шел по вечерней улице, словно потеряв опору под ногами. Дождь тихо моросил, скользя по щекам, но он не вытирал лицо — не различая, где вода, а где слёзы. Всё, что казалось прочным и вечным, рассыпалось в один миг. Он только утром разговаривал с Валерией, слышал её мягкий, любимый голос. Она обещала приготовить борщ, испечь его любимые сырники, а теперь… теперь чужая женщина жила в его доме.
Он остановился у скамейки во дворе, где когда-то по вечерам они с Лерой сидели вдвоем, строя планы на будущее. Перед глазами всплыла их первая встреча: весна, шумный парк, Валерия в синем платье и с короткой стрижкой, смущённо улыбающаяся, когда он предложил подвезти её до дома. Тогда всё началось. Она казалась хрупкой, нежной — и он хотел защищать её всю жизнь.
— Как же так, Лерка… — прошептал он, сжимая букет, который уже потерял вид. — Зачем ты это сделала?
Он набрал её номер в десятый раз — снова без ответа. Лишь сухой голос оператора повторил: «Абонент временно недоступен». В голове вертелись тысячи мыслей: может, её заставили? Может, случилось что-то ужасное? Но документы… документы ведь настоящие. Там стояла её подпись.
Олег поднялся и пошёл по улице без цели. Его ноги сами привели его к офису агентства недвижимости, где они пять лет назад покупали квартиру. Табличка всё ещё висела, но внутри горел только один свет. Он постучал в дверь, и мужчина в очках устало посмотрел на него.
— Извините, уже закрыто. —
— Прошу, хоть минуту. Я должен узнать, кто купил квартиру по адресу Гоголя, 17, кв. 42. Я — муж Валерии Сомовой.
Менеджер нахмурился, проверил в базе.
— Да, сделка была месяц назад. Покупатель — Анна Ветрова. Всё официально. —
— А моя жена? Вы её видели? —
— Конечно. Молодая женщина, симпатичная, спокойная. С ней был мужчина… вроде бы он представлялся её братом, но не уверен.
Олег побледнел. У Валерии не было братьев. Он поблагодарил менеджера и вышел. Сердце билось гулко, будто предупреждало: «Ты ничего о ней не знал, Олег. Абсолютно ничего».
Он вернулся в съемную комнату, куда перебрался временно перед вахтой, бросил сумку на пол и сел, закрыв лицо руками. В голове стучала лишь одна мысль: «Она продала не просто квартиру. Она продала мою жизнь, нашу любовь, нашу историю».
Ночью Олег не сомкнул глаз. В памяти оживали обрывки — Валерия у окна с чашкой кофе, её запах духов, смех за ужином… И всё это теперь принадлежало прошлому.
Но под утро в нём проснулась решимость. Если она ушла — он должен понять, почему. Найти её. Посмотреть в глаза и услышать правду. Какую бы боль она ни принесла.
Он достал старую фотографию — они вдвоем на берегу моря, счастливы и беззаботны.
— Лера, — шепнул он, — я тебя найду.
Олег проснулся на рассвете, будто от толчка. За окном моросил дождь, серое небо нависало низко, словно давило на плечи. Он чувствовал усталость и пустоту, но внутри уже тлел огонёк решимости. Он не мог просто сидеть и жалеть себя — слишком многое требовало ответа.
Первым делом он отправился к соседке с прежней лестничной площадки — тёте Нине, женщине с добрым сердцем, которая всегда всё знала. Он позвонил в её дверь, и вскоре та открылась, пропуская запах свежих пирожков.
— Олежка? Господи, ты вернулся? — всплеснула руками тётя Нина. — А где твоя Лерочка? Она же вроде уехала куда-то?
— Куда — вы не знаете? — спросил он тихо, почти шёпотом.
— Да кто ж её знает… Недели три назад мебель вывозили, грузчики какие-то приезжали. А потом она сама вышла — в белом пальто, с чемоданом, и всё. Только один парень помогал ей, высокий, в спортивной куртке. Я думала, может, брат или родственник.
Олег почувствовал, как кровь застучала в висках. Тот самый «брат». Он поблагодарил тётю Нину и поспешил прочь. В голове вспыхнули подозрения — слишком уж всё складно: продала квартиру, сменила номер, исчезла. Кто этот мужчина? Любовник?
Он решил обратиться к знакомому из отдела полиции — Андрею, с которым когда-то вместе служили в армии. Андрей работал в уголовном розыске, и если кто мог помочь, то только он.
— Ну ты и попал, брат, — покачал головой Андрей, выслушав историю. — Дай мне пару дней. Попробуем пробить по базе. Может, она снимала деньги со счёта или оставила след в гостинице.
Два дня для Олега тянулись, как вечность. Он не находил себе места, метался по комнате, прокручивая в голове всё, что могло привести к разгадке. Он вспомнил, как Валерия последнее время часто сидела за ноутбуком, шепталась с кем-то по телефону, нервничала, если он заходил в комнату. Тогда он не придавал этому значения — думал, работа, подруги.
На третий день Андрей позвонил.
— Нашёл кое-что. Она сняла крупную сумму со счёта в банке и купила билет до Калининграда. Дальше след теряется.
— Калининград? — переспросил Олег. — Но зачем туда?
— Может, к кому-то поехала. Или… уехала навсегда.
Эти слова ударили, как нож. Но Олег не собирался сдаваться. На следующий день он уже был в аэропорту. Купил билет — и полетел вслед за ней.
Калининград встретил его холодным ветром и запахом моря. Он поселился в дешёвой гостинице и с утра отправился по адресам агентств, банков, вокзалов — искал хоть какую-то зацепку. На третий день ему повезло: в одном кафе официантка узнала Валерию по фото.
— Да, была такая. С мужчиной. Снимали у нас номер через дорогу, недели две назад. Они вроде собирались в Польшу.
Сердце Олега сжалось. Он почувствовал, как в груди закипает не злость, а пустота. Всё рухнуло окончательно.
Вечером он вышел к морю. Волны бились о берег, и он стоял, слушая их шум, как будто море знало ответы.
— Почему, Лера? — прошептал он. — Неужели всё было ложью?
И вдруг, словно в ответ на его отчаяние, телефон в кармане завибрировал. Незнакомый номер.
Олег дрожащей рукой нажал «принять».
— Олег… не ищи меня, — раздался знакомый, тихий голос. — Так будет лучше для нас обоих.
Связь оборвалась.
Олег долго стоял на набережной, сжимая телефон в руках. Его сердце гулко билось, дыхание сбивалось, а в ушах эхом звучали последние слова Валерии: «Так будет лучше для нас обоих…» Эти слова разъедали душу, будто соль на рану. Но теперь он хотя бы знал одно — она жива. И значит, не всё потеряно.
Он не мог просто отпустить. Упрямство и любовь, смешанные с болью, толкали его вперёд. На следующее утро он пошёл в гостиницу, где, по словам официантки, видели Валерию. Управляющий, увидев фото, сразу кивнул.
— Да, да, помню. Молодая пара, номер на втором этаже. Женщина тихая, вежливая, а мужчина… странный какой-то, нервный. Они выехали внезапно, даже не дождавшись утра.
— Вы знаете, куда они направились? — спросил Олег.
— Кажется, говорили о поездке в Гданьск.
Через час он уже сидел в автобусе до польской границы. Ветер за окном хлестал по стеклу, а мысли метались, как осенние листья. Любовь ли это, если она оставила его, обманула, лишила всего? Или всё же он не знает чего-то важного?
Переход через границу оказался долгим. Олег шёл пешком, с одним рюкзаком и фотографией Валерии в кармане. Вечером он оказался в Гданьске — чужой город, чужой язык, чужие лица. Но его глаза постоянно выхватывали знакомые черты из толпы — ему чудилось, что она вот-вот появится, повернётся, улыбнётся.
Он снял комнату у пожилой польки и уже собирался лечь, когда услышал стук в дверь.
— Пани Ковалевская? — спросил он через переводчик.
— Нет, это тебе, — ответила женщина и протянула конверт. — Девушка передала.
Олег дрожащими руками вскрыл конверт. Внутри лежало письмо.
«Олег,
Если ты читаешь это, значит, ты не послушал меня. Я знала, что ты не сдашься.
Я уехала не потому, что разлюбила. Всё наоборот. Я продала квартиру, чтобы спасти тебя. У тебя долги, о которых ты не знал. Те люди нашли меня, угрожали, требовали деньги. Они следили за тобой. Я сделала единственное, что могла — исчезла, чтобы тебя не тронули.
Теперь ты в безопасности.
Не ищи меня больше. Живи. Просто живи.
Валерия.»
Олег перечитал письмо несколько раз. Слёзы застилали глаза. Он вспомнил последние месяцы перед вахтой — странные звонки, тревожные взгляды Валерии, её бессонные ночи. Тогда он думал, что это просто усталость. А теперь понял — она боролась одна.
Он вышел на улицу. Ветер с моря бил в лицо, небо было усыпано звёздами. Он долго стоял, глядя в бесконечность горизонта, где, возможно, и сейчас где-то была она — его Валерия.
— Спасибо, Лера, — тихо произнёс он. — За всё.
Вернувшись в Россию, Олег начал жизнь заново. Он устроился в другую компанию, снял маленькую квартиру и каждое утро ставил на подоконник чашку кофе — вторую, для неё. Иногда ему снился её голос, шепчущий: «Я рядом».
Он больше не искал. Но каждый раз, проходя мимо витрин агентств недвижимости, он ловил себя на мысли: всё можно продать — дом, машину, даже имя. Всё, кроме любви, которая, однажды поселившись в сердце, не продаётся никогда.
