Этап 1. Дверь перед законом
— Прошу — откройте, — повторил капитан Смирнов. — Нам нужно зафиксировать, что вы находитесь в квартире без согласия нанимателей.
Щель в двери ещё чуть сузилась. Светлана Филипповна явно тянула время.
— Вы действительно собираетесь вызывать полицию? — голос хозяйки заметно дрогнул. — Вы что, совсем с ума сошли?
Арсений спокойно ответил:
— Уже вызвали. Участковый скоро будет, я изложил ему суть происходящего по телефону.
— Я ничего не нарушила! — вспыхнула женщина. — Это моя квартира! Я проверяю, как тут живут!
Капитан покачал головой:
— Гражданка, ещё раз: на время действия договора найма это жильё — место постоянного фактического проживания нанимателей. Пенять на то, что это «ваша собственность», вы сможете, когда они съедут. Сейчас вы вторглись в их жилище без разрешения. Это уже состав.
Светлана Филипповна резко распахнула дверь, отступив в сторону.
— Заходите, раз уж вам так надо, — бросила она. — Посмотрите сами, до чего довели мою квартиру эти…
Она осеклась, встретившись взглядом с Владой. В этих глазах не было привычной робости.
Владислава вошла первой. И остановилась как вкопанная.
Комод в коридоре был открыт, бельё вытащено и свалено в одну кучу. Внутренний ящик, где она держала документы, — наполовину открыт, папки разложены веером. В комнате дверца шкафа распахнута, на стуле лежало выброшенное из него платье.
— Что вы здесь делали? — голос Влады сорвался.
— Я… смотрела, — хозяйка дёрнула плечом. — Проверяла, не завелись ли… моли там всякие.
Капитан прошёл мимо, заглянул на кухню.
— Это и есть ваша «полная раковина грязной посуды»? — уточнил он, кивая на две тарелки и одну чашку в мойке. — Пара кружек — это не основание ломиться в чужую квартиру.
Владислава поймала взгляд капитана, и ей вдруг стало легче: кто-то наконец видит происходящее не только её глазами.
— В ванной у них полотенце влажное висело, — горячо заговорила Светлана Филипповна. — Я подумала, что тут плесень будет. И вообще, от них запахи!
— Запахи — это не статья, — сухо отрезал Смирнов. — А вот самовольное проникновение — вполне.
Он посмотрел на Владу:
— Вы хотите писать заявление?
Светлана Филипповна дернулась:
— Да что вы! Какая полиция? Девочка, ну не устраивай цирк! Вы молодые, вспыльчивые… Сейчас подпишете — а мне потом по судам мотаться!
— А мне по нервам мотаться? — тихо спросила Владислава. — Знать, что кто-то может в любой момент зайти, трогать мои вещи, читать мои записи?
— Ничего чужого я не читала! — возмутилась хозяйка.
Влада молча подошла к рабочему столу. Её дневник лежал раскрытым, закладка сдвинута. Страница заломлена углом.
Она не стала комментировать, просто посмотрела на капитана.
Тот вздохнул:
— Давайте так. Сейчас я зафиксирую факт. Вы, — он повернулся к хозяйке, — покинете квартиру. Если наниматели решат писать заявление — это их право.
— Да я сама их выселю! — выпалила Светлана Филипповна. — С такими скандалистами только проблемы!
— Выселить вы можете только в порядке, предусмотренном договором и законом, — напомнил Смирнов. — И никак не сегодня, не завтра, потому что вам «не понравилось их лицо».
Он достал блокнот:
— Фамилия, имя, отчество, год рождения…
Хозяйка, бурча, назвала данные.
Владислава стояла, вцепившись пальцами в подлокотник кресла цвета топлёного молока, и думала лишь об одном: это больше не дом. Это просто стены, в которые кто-то вломился без стука.
Она уже знала, что ответит, когда капитан снова спросит про заявление.
Этап 2. Протокол и сломанное доверие
Когда формальности были соблюдены, капитан ещё раз уточнил:
— Владислава Сергеевна, вы настаиваете на подаче заявления о незаконном проникновении?
Влада глубоко вдохнула. Рядом Арсений едва заметно сжал её руку.
— Да, — сказала она. — Настаиваю.
Светлана Филипповна всплеснула руками:
— Девочка, ну ты что творишь! Я ведь тоже могу проблемы тебе устроить! Скажу, что вы тут… животных держите, курите, двери ломаете!
— Любые ваши заявления тоже будут проверены, — холодно ответил капитан. — Но советую не усугублять.
Хозяйка прикусила губу:
— То есть вы её сейчас… защищаете, да? А я кто? Собственник — никто?
— Вы — собственник, — кивнул Смирнов. — Но собственник обязан соблюдать закон не меньше других граждан. Снимать жильё у вас или нет — это ваш выбор. А вторгаться в чужое личное пространство без согласия — нельзя.
Он протянул Владиславе листок:
— Здесь кратко изложите, как узнали, что в квартире находится хозяйка, и что увидели по приезде. Переписку сохраните, это важно.
Влада села за стол, начала писать, удивляясь, как ровно выводит буквы дрожащая рука.
«…Владелица квартиры зашла без предупреждения… осматривала вещи, открывала шкафы…»
Каждое слово снова и снова прожигало внутри одну мысль: мне больше тут небезопасно.
Светлана Филипповна тем временем ходила по комнате и вслух возмущалась:
— Вот раньше как было? Сняли — и спасибо скажите! А сейчас: закон им, психологические границы! Тьфу!
— Раньше и телефонов с камерой не было, — не оборачиваясь, заметил Арсений. — И свидетелей тоже.
Она бросила в него ядовитый взгляд:
— А вы, молодой человек, вместо того чтобы невесту успокаивать, поддакиваете!
— Я её и защищаю, — спокойно ответил он. — С того дня, как мы сюда въехали, мы платим вовремя, не портили имущество и соблюдали договор. Единственное, чего мы просили — уважать наш дом. Вы отказались.
Капитан, получив заявление, попросил Владу расписаться.
— Экземпляр останется у нас, — сказал он. — Вас вызовут для объяснений.
Светлана Филипповна тут же подалась вперёд:
— А меня кто защитит?! Это же я пострадавшая! Вы видели их раковину!
Смирнов сухо улыбнулся:
— Раковина — не основание. Если хотите, можете написать встречное заявление. Но имейте в виду: к нему мы приложим вашу переписку, где вы сами признаётесь, что зашли без спроса.
Хозяйка насупилась:
— Ну хорошо… я… я уйду. Но вы ещё пожалеете, что связались с полицией!
Она схватила сумку и, громко стуча каблуками, вышла, хлопнув дверью.
Несколько секунд стояла тишина.
— Ну что, молодые, — вздохнул капитан, — вы молодцы, что не стали идти на поводу. Но подумайте: хотите ли вы продолжать аренду у этого человека.
— Уже думали, — устало сказала Влада. — И, кажется, ответ очевиден.
Этап 3. Хозяйка наносит ответный удар
Казалось, после разговора с участковым Светлана Филипповна хотя бы на время угомонится. Но прошло всего два дня, и начался новый этап войны.
Сначала — звонки.
— Вы специально раковину не моете, чтобы доказать, что я соврала! — визжала хозяйка в трубку.
— Светлана Филипповна, — выдерживая паузу, отвечала Влада, — мы моем посуду, как всегда. Но отчётные фото я вам присылать не буду.
Потом — сообщения:
«Напоминаю, в договоре написано: соблюдать чистоту! Я считаю, вы нарушили этот пункт».
«Я сейчас готовлю уведомление о расторжении договора. Срок — неделя. Освобождайте помещение!»
Арсений, читая это, только хмыкал:
— Неделька… она ещё мягко с нами обошлась. По закону минимум месяц, да и то не просто так.
— Я устала бояться её, — призналась Влада. — Но и скандалить не хочу.
— Давай не гадать, — предложил он. — Пойдём к юристу.
Юрист оказался немногословным мужчиной с внимательными глазами. Выслушав историю, он попросил показать договор найма.
— Ага, — сказал он, пробегая глазами строки. — Стандартный шаблон. Вот: «Арендодатель вправе посещать квартиру по предварительному согласованию с нанимателем». Подписано обеими сторонами.
Владислава кивнула:
— Она сама этот пункт озвучивала: мол, «я не из тех, кто вламывается без стука».
— Фактически она его нарушила, — подвёл итог юрист. — По поводу выселения: она вправе расторгнуть договор, предупредив вас за месяц. Оснований «раковина не так помыта» в законе нет. Могут быть: неуплата, порча имущества, использование не по назначению.
Арсений спросил главное:
— Что нам выгоднее: ехать на конфронтацию или просто съехать?
Юрист задумчиво посмотрел на них:
— Вы молодые, без детей, без привязки к месту. В суд вы её, скорее всего, дожмёте, особенно если она действительно вломилась и рылась в вещах. Но жизнь одна, нервы одни.
Он чуть улыбнулся:
— Я бы сделал так: спокойно нашли бы другую квартиру, уведомили её, зафиксировали состояние жилья при выезде, добились возврата залога. И забыли, как страшный сон. А заявление в полиции пусть повисит, как звоночек для неё.
— А если она залог не вернёт? — нахмурилась Влада.
— Тогда уже имеет смысл добивать до конца, — кивнул юрист. — С актами, фото и вашим заявлением.
На обратной дороге в метро Влада вдруг почувствовала, как внутри вместо злости появляется странная смесь облегчения и решимости.
— Сень, — сказала она, прижимаясь к нему в вагоне, — давай правда съедем.
— Я только за, — ответил он. — Мне важнее, чтобы ты спокойно спала, а не вздрагивала от каждого шороха в подъезде.
Этап 4. Умный переезд и глупые угрозы
Решение приняли быстро. Уже через пару дней они нашли новое объявление: небольшая, но уютная двушка чуть дальше от центра. Хозяин — невозмутимый мужчина лет пятидесяти, который на показе сам сказал:
— В квартиру без вас не зайду. Моя часть — вовремя чинить то, что сломалось по износу. Ваша — платить и не устраивать тут склад химикатов.
Владе захотелось чуть не расплакаться от сравнения.
Светлану Филипповну они уведомили письменно, заказным письмом с уведомлением:
«Уважаемая Светлана Филипповна!
Сообщаем, что в связи с нарушением Вами условий договора (самовольный доступ к жилью без согласования) мы вынуждены расторгнуть договор найма с такого-то числа. Готовы провести совместный осмотр квартиры и подписать акт приёма-передачи. Просим подготовить сумму залога к возврату».
Ответ не заставил себя ждать:
«Никакой залог я вам не верну! Вы испортили мне стены своими мебельными нацарапами, пол протёрли и вообще довели до стресса! Увидимся в суде!»
Арсений, прочитав, только пожал плечами:
— Значит, увидимся.
Перед переездом они решили всё зафиксировать.
— Снимем видео, — предложил он. — Комната за комнатой. Стены, пол, сантехника, техника. Чтобы потом не придирались.
Владислава ходила по квартире с телефоном, комментируя:
— Обои чистые, пятен нет. Пол без царапин. Ванна без сколов. Кресло — наше, забираем.
К моменту, когда в дверь позвонила Светлана Филипповна, коробки уже стояли у стен.
— О, значит, всё-таки решили сбежать, — с порога заявила она, хищно оглядываясь. — И правильно! Мне такие нервные жильцы не нужны!
За её спиной топтался невысокий мужчина в грязной спецовке — очевидно, «приглашённый эксперт».
— Вот, Гена, посмотри, — повернулась она к нему. — Они мне тут пол до дыр стёрли!
Гена лениво пожал плечами:
— Пол как пол. Линолеум живой, трещин нет.
— А стены?! Они же креслом везде терлись!
Влада включила запись:
— Вот видео, снятое двадцать минут назад. Стены чистые. Если вы хотите спорить — давайте составлять акт с указанием конкретных повреждений.
Светлана Филипповна запнулась.
— Ладно, — процедила она. — С полом и стенами повезло. Но залог я вам всё равно не верну. У меня моральный ущерб!
Арсений спокойно достал из папки копию заявления в полицию и визитку юриста.
— Тогда мы подаём иск, — ровно сказал он. — Приложим к нему ваше признание о незаконном проникновении, видео состояния квартиры, переписку с угрозами и отказом от возврата залога.
— Да кто вам поверит! — вспыхнула она.
— Уже поверили, — напомнила Влада. — Капитан Смирнов.
Фамилия участкового подействовала почти магически.
Светлана Филипповна сникла, опустила плечи:
— Ладно… ладно… Я не хочу никуда ходить…
Она шумно открыла кошелёк, отсчитала купюры.
— Держите свои деньги. Только чтобы я вас больше не видела!
— Это взаимно, — спокойно ответил Арсений.
Они подписали акт приёма-передачи: «Квартира передана, претензий по состоянию не имеем». Владе почему-то захотелось обвести эту строчку красной ручкой — как точку в книге.
Когда за хозяйкой закрылась дверь, Арсений взял её за плечи:
— Всё. Мы свободны.
Влада обвела взглядом опустевшую комнату. Кресло уже стояло у дверей, готовое к переезду.
— Никогда не думала, что буду благодарна полиции и юристам за простую возможность… спокойно жить, — тихо сказала она.
Эпилог. Новый дом и новые правила
Новая квартира была не такой глянцевой: местами потёртые обои, старый, но добротный диван, простая кухня без модного острова. Зато с первого дня Влада чувствовала — это их пространство.
Хозяин, Виктор Ильич, приехал только на подписание договора, показал, где лежат счётчики и кран перекрытия воды, и на прощание сказал:
— Если что-то серьёзное — звоните. Если просто поссоритесь из-за раковины — сами разбирайтесь, я семейный психологом не работаю.
Арсений хохотнул, Влада впервые за долгое время расслабилась.
Они поставили своё огромное кресло в угол у окна. По вечерам, заварив чай, забирались в него вдвоём, читали вслух или смотрели фильм. Иногда к ним забегали друзья — кто-то приносил пиццу, кто-то торт.
— Как же спокойно у вас, — удивлялись гости. — Прямо дышится легче.
Владислава улыбалась:
— Потому что здесь никто не проверяет, как у нас посуда в раковине стоит.
Заявление в полиции так и осталось лежать «где-то в системе». Им несколько раз звонили, уточняли детали, но Влада каждый раз говорила одно и то же:
— Вопрос больше не актуален, мы оттуда съехали. Но я рада, что тогда нас поддержали.
Для неё это было не столько про наказание хозяйки, сколько про важное внутреннее разрешение: я имею право защищать свои границы.
Иногда, проходя мимо их старого дома, она невольно поднимала взгляд на окна бывшей квартиры. Там уже горел другой свет. Наверняка кто-то опять снимал у Светланы Филипповны «идеальное жильё».
— Ты о чём? — спрашивал Арсений, замечая её взгляд.
— Думаю, — честно отвечала Влада, — чему нас это всё научило.
Он улыбался:
— Тому, что договор — не просто бумажка, а границы. И что ты у меня умеешь быть не только мягкой, но и твёрдой.
Она смеялась:
— Это всё ты, юрист и капитан Смирнов виноваты.
Прошло время, и история с хозяйкой превратилась в семейную байку, которую они рассказывали друзьям:
— Представляете, заходит она к нам, роется в шкафах, а потом удивляется, что к ней полиция пришла.
В конце Влада всегда добавляла одну фразу, ставшую для неё маленьким жизненным правилом:
— Дом — это не только стены. Это чувство безопасности. Если кто-то влезает в него без стука, первым делом надо закрыть дверь изнутри. И только потом — звать тех, кто напомнит: закон на вашей стороне.
