Глава 1. «Я тебе не мать!»
Я до сих пор помню тот вечер, когда Сергей впервые привёл Марину в наш дом. Если бы тогда кто-нибудь сказал мне, что эта простая девушка однажды станет человеком, которому я буду доверять больше всех, я бы рассмеялась ему в лицо.
Марина сидела за столом тихо, почти не поднимая глаз. На ней было недорогое платье, волосы собраны в простой хвост. Она старалась понравиться мне, это было очевидно.
— Очень приятно с вами познакомиться, — сказала она.
Я только кивнула.
Сергей сиял от счастья.
— Мам, Марина замечательная. Она добрая, трудолюбивая, никогда никого не подводит.
Мне хотелось спросить: «А этого достаточно для моего сына?»
— Марина, а где ты училась? — поинтересовалась я.
Она замялась.
— После школы я поступала, но не получилось. Потом пришлось помогать родителям.
Я едва заметно усмехнулась.
— Понятно.
Сергей сразу понял мой тон.
— Мам…
— Что «мам»? Я просто спросила.
После свадьбы ситуация стала ещё хуже. Марина переехала к Сергею, и я начала замечать каждую мелочь. Она неправильно ставила ударения, путала слова, иногда говорила совсем не так, как принято в нашем кругу.
Однажды она вошла на кухню и спросила:
— Где соль лежит?
Я резко повернулась.
— Я тебе не мать. Обращайся ко мне по имени и отчеству.
Марина застыла.
— Простите… Я не хотела вас обидеть.
— Тогда научись сначала нормально разговаривать.
Сергей услышал последние слова и вошёл на кухню.
— Мам, зачем ты это делаешь?
— Я пытаюсь объяснить твоей жене элементарные вещи!
— Она моя жена, а не твоя ученица.
Я вспыхнула.
— Ты ещё пожалеешь, что связался с ней!
Сергей молча посмотрел на меня и ушёл.
Марина тоже ничего не сказала.
И именно её молчание почему-то раздражало меня сильнее всего.
Через несколько недель я заметила странную вещь. Несмотря на моё отношение, Марина постоянно помогала мне. Если я возвращалась из магазина с тяжёлыми пакетами, она молча забирала половину. Если я плохо себя чувствовала, приносила лекарства.
Я воспринимала это как попытку заслужить место в семье.
Пока однажды вечером не произошло то, чего я никак не ожидала.
Я приготовила ужин для себя сама. Через несколько часов мне стало резко плохо. Сначала заболел живот, потом появилась сильная слабость. Я попыталась позвонить Сергею, но телефон выпал из руки.
Последнее, что я услышала перед тем, как потерять сознание, был голос Марины:
— Мама… пожалуйста, откройте глаза!
Это было первое и последнее слово, которое она произнесла вопреки моей просьбе обращаться ко мне по имени.
А когда я очнулась в больнице, врач сказал фразу, от которой у меня похолодели руки:
— Вам очень повезло, что невестка приехала именно в тот момент. Ещё немного — и последствия могли быть гораздо серьёзнее.
Но я ещё не знала, что именно Марина обнаружила у меня дома перед тем, как вызвать скорую…
Глава 2. То, что Марина нашла на кухне
Когда я открыла глаза, первое, что увидела, — белый потолок больничной палаты. Во рту пересохло, голова кружилась, а тело казалось совершенно чужим.
Рядом сидел Сергей.
— Мам, ты меня слышишь?
Я попыталась ответить, но голос почти не слушался.
— Что произошло?
Сергей тяжело вздохнул.
— Ты отравилась. Врач сказал, что, скорее всего, пищевое отравление. Хорошо, что Марина вовремя приехала.
Я нахмурилась.
— Марина?
В этот момент дверь открылась. Она вошла с небольшой сумкой в руках.
— Как вы себя чувствуете?
Я впервые не нашла в себе сил ответить резко.
— Лучше.
Марина поставила сумку на стул.
— Я принесла вам чистую одежду. Ваша была вся испачкана.
Я посмотрела на неё и неожиданно почувствовала неловкость. Ещё несколько дней назад я называла её деревенщиной, а теперь она стояла возле моей кровати и заботилась обо мне.
— Почему ты вообще приехала? — спросила я.
Марина удивилась.
— Сергей позвонил.
Сын тут же перебил:
— Я не звонил.
Мы оба посмотрели на него.
— Что значит «не звонил»? — спросила я.
— Я был на работе. Марина сама приехала.
Я повернулась к ней.
— Откуда ты узнала?
Она несколько секунд молчала.
— Утром я звонила вам. Вы не ответили. Потом мне почему-то стало неспокойно. Я приехала проверить.
Я хотела сказать, что это совпадение, но Марина вдруг достала из сумки небольшой прозрачный пакет.
Внутри лежала пластиковая бутылка.
— Я привезла это врачу.
— Что это? — спросил Сергей.
Марина посмотрела на него.
— Вода из вашей кухни.
Я почувствовала неприятный холод внутри.
— Зачем ты её взяла?
— Потому что перед вашим отъездом в скорой я заметила странный запах от воды. И ещё…
Она замолчала.
— Что ещё? — спросила я.
— На кухне стояла открытая упаковка таблеток. Но это были не ваши лекарства.
Сергей нахмурился.
— Какие таблетки?
Марина достала фотографию на телефоне.
Я посмотрела на экран и сразу узнала упаковку.
— Это невозможно…
— Вы её знаете? — спросила Марина.
Я кивнула.
— Такие таблетки когда-то принимал Сергей. Но это было много лет назад.
Сергей резко изменился в лице.
— Мам, я давно их не покупал.
В палате повисла тишина.
И тогда Марина произнесла:
— Именно поэтому я никому пока не сказала. Я подумала, что сначала нужно разобраться.
Я впервые посмотрела на неё не как на неграмотную деревенскую девочку, а как на человека, который заметил то, чего не заметили ни врачи, ни мой собственный сын.
Но самый страшный вопрос возник у меня только вечером:
если таблетки действительно появились на моей кухне недавно, кто положил их туда — и зачем?
Я ещё не знала, что ответ окажется намного ближе, чем я могла представить.
Глава 3. Человек, которого я подозревала меньше всего
На следующий день я уже чувствовала себя немного лучше. Врач разрешил мне ненадолго сесть, но слабость всё ещё не проходила.
Сергей пришёл утром один.
— Марина где? — спросила я.
Он удивлённо посмотрел на меня.
— Ты впервые сама о ней спрашиваешь.
Я отвернулась.
— Не начинай.
Сергей сел рядом.
— Мам, я должен тебе кое-что сказать.
По его лицу я сразу поняла: разговор будет неприятным.
— Что?
Он достал телефон и показал мне фотографию.
На снимке была моя кухня. На столе лежала та самая упаковка таблеток.
— Марина сфотографировала это ещё до того, как вызвала скорую.
— Зачем?
— Потому что она боялась, что потом никто ей не поверит.
Я замолчала.
Сергей продолжил:
— Вчера я вернулся домой и проверил кухню. Таблеток там уже не было.
— Кто-то их убрал?
— Именно.
У меня задрожали руки.
— Но кто мог войти в квартиру?
Сергей посмотрел на меня.
— Ключи есть у меня. У тебя. И у Ольги.
Я резко подняла голову.
— У Ольги?
Он кивнул.
— Ты сама дала ей запасной ключ, когда уезжала на дачу в прошлом году.
Я вспомнила. Действительно, Ольга тогда помогала мне с цветами и несколько раз заходила поливать их.
Но зачем ей было меня травить?
— Ты думаешь, это она?
— Я ничего не думаю. Пока.
Через несколько минут в палату вошла Марина.
Она держала в руках пакет с домашней едой.
— Врач сказал, что вам можно лёгкий суп.
Я неожиданно улыбнулась.
— Спасибо.
Марина посмотрела на меня так, будто не ожидала услышать от меня это слово.
— Не за что.
Я взяла её за руку.
— Марина…
Она замерла.
— Прости меня.
Сергей отвернулся к окну.
Я продолжила:
— Я была несправедлива к тебе. Я смотрела на твою речь, образование, происхождение… и вообще не пыталась увидеть тебя саму.
Марина тихо сказала:
— Я никогда не хотела с вами конфликтовать.
— Теперь я это понимаю.
Но разговор прервал телефон Сергея.
Он посмотрел на экран и побледнел.
— Кто?
Он ничего не ответил.
Через несколько секунд протянул телефон мне.
Это было сообщение от Ольги.
«Сергей, нам нужно поговорить. Я знаю, что произошло с твоей матерью. И если вы хотите узнать правду, приезжай один».
Я перечитала сообщение дважды.
— Она признаётся?
— Не знаю, — ответил Сергей.
Марина покачала головой.
— Не езжай один.
Сергей посмотрел на неё.
— Почему?
— Потому что человек, который действительно хочет объясниться, не пишет такие сообщения. Он говорит прямо.
Сергей задумался.
А вечером произошло ещё более странное.
Врач пришёл ко мне и сообщил, что результаты анализов изменились. По его словам, первоначальная версия обычного пищевого отравления теперь вызывала вопросы.
— Мы отправили дополнительные образцы на экспертизу, — сказал он.
Я почувствовала, как внутри всё похолодело.
Пока Сергей и Марина пытались разобраться, я вдруг вспомнила одну деталь.
В день моего отравления Ольга звонила мне три раза.
А я ни разу не ответила.
Почему?
Потому что в тот момент была занята разговором с человеком, которого теперь боялась подозревать больше всего.
С собственным сыном.
Глава 4. Правда, которую я не хотела знать
Через два дня пришли результаты дополнительной экспертизы.
Врач попросил Сергея и Марину зайти в кабинет вместе со мной.
— Мы обнаружили в образце вещества, которые не должны были там находиться, — спокойно сказал он. — Это не обычное пищевое отравление.
У меня пересохло во рту.
— Значит, меня действительно хотели отравить?
Врач не стал делать поспешных выводов.
— Мы не можем сказать, кто это сделал. Но факт постороннего вещества подтверждён.
После больницы Сергей сразу поехал домой. Марина настояла, чтобы я пока оставалась у неё.
Когда мы вошли в квартиру, Сергей начал проверять кухню. Через несколько минут он позвал нас.
— Мам, посмотри.
На полке за банками стоял небольшой контейнер, которого раньше я никогда не видела.
Марина взяла его салфеткой.
— Не трогай голыми руками.
Мы вызвали полицию и передали находку. Позже выяснилось, что Ольга действительно приходила в квартиру в тот день. Но самое неожиданное произошло после разговора с ней.
Ольга призналась, что заходила ко мне.
Я была потрясена.
— Зачем?
Она расплакалась.
— Я хотела поговорить с Сергеем.
— О чём?
Ольга опустила глаза.
— Я действительно была в него влюблена. И после его свадьбы не могла смириться с тем, что он выбрал Марину.
Сергей молчал.
— Но я не травила вашу мать, — продолжила Ольга. — Я пришла поговорить. Увидела на столе лекарства, испугалась и ушла.
Полиция продолжила проверку. В итоге выяснилось, что к отравлению Ольга отношения не имела. История с ней оказалась лишь частью семейной драмы, а настоящего виновника установили позже по другим доказательствам. Я не стала вдаваться в подробности: мне было достаточно знать, что это был человек, который пытался воспользоваться моим доверием и получить доступ к квартире.
Но главным для меня стало совсем другое.
В тот вечер я сидела на кухне у Марины. Она поставила передо мной чай и улыбнулась.
— Вам сахар?
Я посмотрела на неё.
Раньше я бы обязательно нашла повод придраться.
Теперь только покачала головой.
— Нет, доченька.
Марина замерла.
— Что?
Я улыбнулась сквозь слёзы.
— Я сказала: доченька.
Она подошла ко мне и обняла.
— Я думала, вы никогда меня так не назовёте.
Я тоже обняла её.
— Я сама виновата. Слишком долго считала образование мерилом человеческой ценности. Смотрела на деревню, акцент, ошибки в речи и не замечала главного — её характера.
Сергей стоял в дверях и улыбался.
— Ну наконец-то.
Я посмотрела на него.
— Только не радуйся слишком сильно. Я всё ещё твоя мать.
Мы рассмеялись.
А потом я поняла одну простую вещь: иногда человек с дипломом может оказаться без совести, а человек без высшего образования — тем, кто спасёт тебе жизнь.
Марина не стала мне мстить за мои слова. Она просто показала поступками, кто она на самом деле.
С того дня я больше никогда не говорила ей: «Я тебе не мать».
Потому что спустя всё пережитое мне впервые хотелось сказать совсем другое:
«Если ты не против, Марина, я хочу быть тебе настоящей матерью».
И она ответила:
— Я давно этого хотела.
