Этап первый. Шестьдесят имён
Рита смотрела на список и старалась не думать о том, что некоторые имена она видит впервые.
— Я понимаю, что для вас эти люди важны, — сказала она. — Но мы с Лёшей хотели небольшую свадьбу.
— Небольшую — это сколько? — Галина Петровна заглянула в блокнот. — Двадцать человек? Двадцать пять? Риточка, свадьба бывает раз в жизни. Нельзя же отметить её так, будто вы просто зашли расписаться.
— Именно так мы и хотим: расписаться и посидеть с близкими.
— А близкие — это кто? Только твои подруга и мама?
— И ваши близкие тоже. Но шестьдесят человек — это уже не маленький семейный обед.
Галина Петровна закрыла блокнот, словно поставила точку в разговоре.
— Обсудите с Лёшей. Он поймёт, что это правильно.
Свекровь ушла, оставив блокнот на столе. Рита не стала его открывать. Она убрала посуду, вымыла кастрюлю и вытерла кухонную поверхность. Потом села у окна. Гречка в тарелке остыла, а на улице зажглись фонари.
Лёша вернулся около девяти. Он увидел блокнот и вздохнул.
— Мама уже была?
— Да. Она хочет пригласить шестьдесят человек.
— Я знаю.
Рита повернулась к нему.
— Ты знаешь?
— Она мне позвонила вчера. Сказала, что хочет собрать родных и старых друзей. Я ответил, что мы подумаем.
— А мне ты не сказал.
— Я не хотел начинать ссору, пока не поговорю с ней.
— Но она уже завела список. И считает, что место, гости и формат свадьбы можно решить за нас.
Лёша снял куртку и повесил её на спинку стула.
— Она правда считает этих людей близкими. После смерти отца они ей помогали. Мама боится, что если не позовёт их, они обидятся.
— Тогда пусть она пригласит их на свой праздник.
Он посмотрел на Риту, но не возразил.
— Я не против посидеть с ней и с близкими, — продолжила она. — Но оплачивать ресторан для шестидесяти человек мы не можем. И даже если бы могли, я не хочу проводить свою свадьбу среди людей, которых почти не знаю.
— Я понимаю.
— Правда?
Лёша сел рядом. На лице у него была та самая кривая улыбка, которая обычно появлялась, когда он не знал, как ответить.
— Правда. Мы же договаривались: расписываемся и зовём самых близких.
— Тогда скажи это маме сам.
— Скажу.
Но на следующий день он не позвонил. И через день тоже.
Этап второй. Ресторан, который уже выбрали
В пятницу Галина Петровна прислала Рите фотографию банкетного зала. Светлые стены, длинные столы, белые чехлы на стульях. На снимке зал выглядел красивым и чужим.
Следом пришло сообщение:
«Посмотри, там есть свободная дата на двадцать седьмое. Я поговорила с администратором. На шестьдесят человек как раз удобно».
Рита перечитала сообщение. «Поговорила с администратором». Не «может, посмотрим», не «как ты считаешь», а уже поговорила.
Вечером Лёша пришёл домой раньше обычного. Рита показала ему телефон.
— Мама прислала ресторан.
— Я видел. Она сказала, что пока ничего не бронировала.
— Ты звонил ей?
Он помолчал.
— Не успел.
— Лёша, она не просила нас подумать. Она ведёт переговоры с рестораном и записывает гостей. Ты понимаешь разницу?
— Понимаю. Но она так переживает, что я не хочу грубо её обрывать.
— А меня ты не боишься обидеть?
Он сразу поднял голову.
— Я не хочу тебя обидеть.
— Но молчание работает именно так. Ты оставляешь меня один на один с её решениями и надеешься, что я уступлю, чтобы всем было спокойнее.
Лёша потёр переносицу. Рита ждала знакомого ответа — «давай не сегодня» или «мама просто хочет как лучше». Но он вдруг встал, взял телефон и вышел в коридор.
Разговор длился недолго. Рита слышала только обрывки:
— Мам, подожди… Нет, зал не бронируй… Потому что мы так не договаривались… Я поговорю с Ритой и сам перезвоню.
Вернувшись, он выглядел напряжённым.
— Она расстроилась.
— Понимаю.
— Сказала, что уже сообщила тёте Вале, будто будет ресторан.
— Значит, поспешила. Но теперь нам не нужно соглашаться только потому, что она кому-то что-то пообещала.
Лёша сел на край кровати.
— Я знаю. Просто ей тяжело после папы. Она привыкла, что на семейных праздниках собиралось много людей.
— Мне жаль, что ей тяжело. Но наша свадьба не должна становиться способом заглушить её одиночество.
Лёша кивнул. Он понял, но Рита видела: сказать матери «нет» ему было гораздо труднее, чем согласиться с женой наедине.
Этап третий. Предложение
В воскресенье Галина Петровна пришла снова. На этот раз без блокнота, зато с распечатанным меню. Она сняла пальто, аккуратно сложила его на стуле и положила листы перед Лёшей.
— Вот варианты. Можно выбрать горячее заранее, чтобы гостям не пришлось ждать. Администратор сказала, что музыкантов тоже можно пригласить.
Рита поставила перед свекровью чашку чая.
— Галина Петровна, мы ещё не согласились на ресторан.
— Я знаю. Поэтому и принесла меню. Посмотрите спокойно.
— Мы не планировали свадьбу на шестьдесят человек.
— Но ведь родственники ждут. Я уже сказала тёте Вале, что позову её. И бывшие коллеги спрашивают, когда праздник. Что я им теперь отвечу?
— Правду, — сказал Лёша. — Что мы решили отметить свадьбу скромно.
Галина Петровна повернулась к сыну. Лицо её сразу стало растерянным, почти обиженным.
— Лёшенька, я же не прошу чего-то невероятного. Я сама могу помочь. Часть расходов возьму на себя.
— Мы не хотим большую свадьбу, — повторил он.
— А если не хватит денег, я доплачу. Не надо отказываться только из-за бюджета.
Рита поняла, что деньги здесь не главный вопрос. Если бы они предложили оплатить ресторан, Галина Петровна всё равно решила бы, кого приглашать, какую музыку выбрать и сколько часов должны длиться тосты.
— Дело не только в деньгах, — сказала она. — Мы хотим провести этот день по-своему.
— А по-моему, ты просто не хочешь, чтобы мои знакомые увидели, за кого Лёша выходит замуж.
— Это неправда.
— Тогда почему ты так против?
Рита хотела ответить спокойно, но заметила, что Лёша опять молчит. Он уставился на меню, будто там было написано, как прекратить разговор, никого не обидев.
— Лёша, — сказала она. — Ты можешь ответить маме сам?
Он поднял взгляд на мать.
— Мам, мы не будем делать ресторан на шестьдесят человек. Мы решили пригласить десять человек и пообедать после ЗАГСа.
— Ты решил? — Галина Петровна посмотрела на него так, словно тот только что признался в предательстве. — А меня ты спросил?
— Это наша свадьба, мам.
— Вот оно что. Теперь я уже не семья?
— Ты моя семья. Но решать, как мы поженимся, будем мы с Ритой.
Свекровь сжала меню в руках.
— Я думала, ты хочешь, чтобы я была рядом.
— Хочу. Я и приглашаю тебя.
— Одну меня? Перед всеми?
— Мама, там будут люди, которых мы оба любим. Но мы не можем приглашать десятки знакомых только из страха, что кто-то обидится.
Галина Петровна встала. Стул тихо скрипнул по полу.
— Значит, всё уже решили.
— Да, — сказала Рита. — Решили.
Свекровь посмотрела на неё долгим взглядом, но спорить не стала. Она забрала меню и ушла, не допив чай.
Этап четвёртый. Праздник для двоих
После этого несколько дней Галина Петровна не звонила. Лёша говорил, что она обижена, а Рита не просила его передавать ей извинения. Обида свекрови была настоящей, но это не превращало её планы в обязательство.
В пятницу Рита позвонила матери. Та уже купила билет из Калуги и собиралась приехать с мужем.
— Если Галина Петровна не хочет сидеть в маленьком кафе, пусть не приезжает, — сказала мама. — Но я буду. Тебе не нужно устраивать праздник для всех. Достаточно, чтобы рядом были те, кого ты сама хочешь видеть.
Рита улыбнулась.
— Я знаю.
Они с Лёшей забронировали столик в небольшом кафе неподалёку от ЗАГСа. За столом должны были собраться десять человек: мама Риты и отчим, Галина Петровна, лучший друг Лёши с женой, подруга Риты, брат Лёши с дочерью и ещё одна близкая родственница. Простые блюда, без ведущего и живой музыки.
До свадьбы оставалось три недели.
В субботу Галина Петровна позвонила Рите сама.
— Я хочу поговорить. Не с Лёшей, а с тобой.
Они встретились в кафе у метро. Свекровь пришла в бордовой блузке и долго помешивала чай, прежде чем заговорить.
— Я понимаю, что переборщила со списком.
Рита не торопилась отвечать.
— Мне казалось, если собрать всех, будет как раньше. Витя любил большие застолья. После его смерти я всё реже вижусь с людьми. А тут свадьба сына… Я, наверное, захотела устроить себе праздник.
— Вы имеете право хотеть праздник, — сказала Рита. — Но нельзя решать за нас, кто на нём будет и сколько он должен стоить.
— Я не думала, что ты воспримешь это как давление.
— Вы прислали ресторан и список гостей до того, как спросили, согласны ли мы. Для меня это и было давлением.
Галина Петровна посмотрела в чашку.
— Я хотела быть нужной.
— Вы и так нужны Лёше. Но свадьба не должна доказывать, что вы важная мать.
Свекровь ничего не ответила. Потом достала из сумки блокнот и положила на стол.
— Я вычеркнула половину. Не для вашей свадьбы — просто решила, что не буду никого созывать. Не сейчас.
Рита не стала её утешать обещанием устроить большой праздник позже. Вместо этого спросила:
— Вы придёте в кафе?
Галина Петровна закрыла блокнот.
— Приду. Только без речи на полчаса.
— Договорились.
Этап пятый. Одно слово
Двадцать седьмого июня Рита надела простое светлое платье. Новые туфли оказались удобнее, чем казались дома. В ЗАГСе Лёша взял её за руку, а Галина Петровна тихо вытерла глаза, когда они поставили подписи.
После церемонии все отправились в кафе. Никаких музыкантов не было. Друг Лёши заказал общий десерт, подруга Риты подняла тост за то, чтобы в их доме всегда можно было разговаривать, даже если мнения не совпадают.
Галина Петровна тоже сказала несколько слов. Не о том, как много она сделала для сына, и не о том, что теперь Рита должна беречь её мальчика. Она просто пожелала им терпения и умения не принимать решения друг за друга.
Рита слушала и не знала, насколько надолго свекровь запомнит этот урок. Но в тот день это было не главным.
Поздно вечером, уже дома, Лёша обнял её за плечи.
— Я рад, что мы не уступили.
— Мы не обязаны были уступать. Но я рада, что ты сказал маме всё сам.
Он улыбнулся своей привычной левой улыбкой.
— В следующий раз постараюсь не ждать, пока ты попросишь.
— А лучше сразу поговорим.
— Согласен.
Рита поставила букет в банку с водой. В комнате пахло цветами и свежим хлебом, который мама привезла из Калуги. На столе лежал забытый блокнот Галины Петровны — она оставила его в кафе, и Лёша забрал по дороге. Рита раскрыла его на первой странице. Шестьдесят имён всё ещё были там, некоторые перечёркнуты, некоторые обведены.
Она закрыла блокнот и убрала его в ящик. Не как трофей и не как напоминание о победе — просто как чужой список, которому больше не нужно было определять их жизнь.
Галина Петровна потребовала ресторан на 60 гостей, я сказала одно слово и она замолчала.



