Суд закончился поздно вечером. В коридоре пахло пылью, мокрыми пальто и дешёвым кофе из автомата. Дмитрий вышел на улицу, не поднимая глаз. В кармане лежал конверт с деньгами — слишком тяжёлый для обычной бумаги.
— Ты хоть понимаешь, что сделал? — тихо спросила Ольга, догоняя мужа у ступеней суда.
— Я сказал правду.
Она горько усмехнулась.
— Нет, Дима. Ты сказал то, за что тебе заплатили.
Он резко остановился.
— Нам нужны деньги! Ты сама видела счета! Кредит, ремонт, долги! Думаешь, твоя честность нас прокормит?
Ольга ничего не ответила. В её глазах было то, чего Дмитрий боялся больше всего — разочарование.
Через два дня она впервые привела в их квартиру Катю — дочь погибшего мужчины. Девочке было всего девять. Худая, с большими серыми глазами и старым рюкзаком за спиной, она стояла у двери так тихо, будто боялась занимать место в чужом доме.
— Это ненадолго, — сказала Ольга. — Пока органы опеки ищут родственников.
Катя вежливо кивнула и прошептала:
— Здравствуйте…
Дмитрий молча ушёл на кухню.
Ночью он долго не мог уснуть. Из соседней комнаты доносился детский кашель. Потом тихий плач. Ольга пошла к девочке.
— Тебе приснился папа? — услышал Дмитрий её голос.
— Он был весь в крови… и звал меня…
Дмитрий закрыл глаза. Перед ним снова вспыхнул тот вечер. Горящая машина. Крики. И мужчина, который ещё был жив, когда Дмитрий подошёл ближе.
Но хуже всего было другое.
Он вспомнил Викторию.
Тогда, сразу после аварии, она схватила его за руку и прошептала:
— Только не говорите никому… пожалуйста…
Тогда он не понял смысла этих слов. Теперь понимал слишком хорошо.
На следующий день возле их дома остановился чёрный внедорожник. Из машины вышел адвокат Рацкого.
— Дмитрий Сергеевич, — холодно произнёс он. — У вас проблемы.
— Какие ещё проблемы?
— Девочка. Вашей жене не стоило вмешиваться. Некоторые вещи лучше оставить в прошлом.
— Это угроза?
Адвокат улыбнулся.
— Это совет.
Вечером Ольга нашла Катю в ванной. Девочка сидела на полу и прижимала к груди старый телефон.
— Что случилось?
Катя дрожащими руками включила видео.
На экране был её отец. Живой.
Он снимал дорогу за секунды до аварии.
А потом раздался женский голос:
— Быстрее, Виктория! Нас никто не должен увидеть!
Видео оборвалось.
Ольга побледнела.
— Дима… — прошептала она. — Они все солгали…
Катя подняла глаза.
— Мой папа не виноват. Я знаю это.
После просмотра видео в квартире повисла тяжёлая тишина. Даже часы на кухне будто стали тикать громче. Дмитрий стоял у окна, нервно потирая ладони, а Ольга сидела рядом с Катей и не сводила глаз с экрана телефона.
— Ты понимаешь, что это значит? — тихо спросила она мужа.
Дмитрий резко повернулся.
— Это ничего не значит! Видео обрезано! Там не видно, кто был за рулём!
— Зато слышно, — ответила Ольга. — И слышно очень хорошо.
Катя осторожно подняла взгляд.
— Папа говорил, что боялся их…
— Кого? — быстро спросила Ольга.
Девочка замялась.
— Того дядю… Рацкого…
Дмитрий почувствовал, как по спине прошёл холод. Он подошёл к столу и налил себе воды, но руки дрожали так сильно, что половина пролилась на пол.
— Катя, — мягко сказала Ольга, — что именно говорил твой папа?
— Он сказал, если с ним что-то случится, мне нельзя никому верить…
В этот момент раздался звонок в дверь.
Все вздрогнули.
Дмитрий медленно подошёл к двери и посмотрел в глазок. На площадке стоял незнакомый мужчина в тёмной куртке.
— Кто там?
— Курьер.
— Мы ничего не заказывали.
— Тогда вам передали лично.
Дмитрий открыл дверь лишь на цепочку. Мужчина молча протянул конверт и быстро ушёл.
Внутри лежала фотография.
Ольга ахнула.
На снимке была Катя возле школы. Фото сделали совсем недавно.
А на обратной стороне неровным почерком было написано:
«Не лезьте туда, где вас не ждут».
— Господи… — прошептала Ольга.
Катя испуганно прижалась к ней.
Дмитрий побледнел.
— Надо идти в полицию.
— И что ты скажешь? — резко ответила жена. — Что солгал на суде ради денег?
Он ударил кулаком по столу.
— Хватит! Думаешь, мне легко?! Я хотел как лучше!
— Лучше для кого? Для нас? Или для твоей жадности?
Эти слова ударили сильнее пощёчины.
Ночью Дмитрий долго сидел на кухне один. Перед ним лежал тот самый конверт с деньгами. Он открыл его и вдруг почувствовал странный запах — запах чужой беды. Эти купюры больше не казались спасением.
В голове снова звучал голос адвоката:
«Некоторые вещи лучше оставить в прошлом…»
В три часа ночи он услышал шорох в коридоре. Дмитрий вышел из кухни и увидел Катю.
— Ты чего не спишь?
Девочка стояла босиком, крепко сжимая в руках плюшевого зайца.
— Мне страшно…
Он хотел что-то ответить, но слова застряли в горле.
— Когда папа был жив, — тихо сказала Катя, — он тоже так сидел ночами… и всё время курил.
Дмитрий медленно опустился перед ней на колени.
— Катя… твой папа был хорошим человеком?
Девочка сразу кивнула.
— Самым лучшим.
И в этот момент Дмитрий впервые по-настоящему почувствовал вину.
Но утром стало ещё хуже.
Ольга вышла во двор и увидела, что их машину облили краской. На лобовом стекле огромными буквами было написано:
«СВИДЕТЕЛИ ДОЛГО НЕ ЖИВУТ».
Она медленно достала телефон и дрожащими руками набрала мужа.
А в это время Дмитрий уже ехал к адвокату Рацкого, даже не подозревая, что за ним следят.
