Этап 1. «– Сотрудников твоих я переманила, – похвасталась свекровь. Я не стала торговаться за людей, хотя запас у салона был всего на месяц»
Но салон не закрылся. Он просто стал другим — теснее, тише и гораздо честнее.
В первую неделю мы с Татьяной делали всё вдвоём. Она отвечала на звонки, принимала оплату и старалась улыбаться клиентам, а я работала у кресла, проверяла заказы и между записями мыла инструменты. Вечерами мы садились в кабинете и пересчитывали деньги.
— Если так пойдёт дальше, через месяц будет совсем тяжело, — сказала Татьяна, придвигая ко мне таблицу.
— Через месяц будет тяжело, если мы ничего не изменим, — ответила я.
Мы выписали все услуги и посмотрели, что приносит салону прибыль, а что только отнимает время и деньги. От части процедур пришлось отказаться: слишком дорогие расходники, слишком мало записей. Зато я вернула услугу, которую раньше убрала из расписания, — сложное восстановление волос. Я умела делать её сама, а постоянные клиентки спрашивали о ней не раз.
На следующий день мы повесили у входа новое объявление: «Ирина Сергеевна снова принимает. Запись открыта».
В первые часы никто не позвонил. Потом телефон зазвонил один раз, второй, третий.
К концу недели у меня уже не осталось свободного вечера.
Этап 2. «– Сотрудников твоих я переманила, – похвасталась свекровь. Я не стала торговаться за людей, хотя запас у салона был всего на месяц»
В субботу пришла Надежда Викторовна — наша клиентка с первого года работы. Она была записана к Марине, но, увидев её имя в сообщении о новом салоне, решила попробовать туда. Вернулась через несколько дней и попросила записать её ко мне.
— Не потому, что там плохо, — сказала она, пока я разделяла волосы на пряди. — Просто там всё какое-то слишком торопливое. И Марина теперь всё время смотрит на часы.
Я не стала спрашивать подробности. Клиент имел право выбирать, куда ходить и к кому записываться. Да и бывшие сотрудницы имели право уйти.
Но в тот же день позвонила ещё одна женщина. Она рассказала, что в новом салоне ей предложили одну цену по телефону, а после процедуры назвали другую. Я попросила её спокойно обсудить это с администратором нового места. В чужое дело я вмешиваться не собиралась.
— Ты даже не радуешься, что они возвращаются? — спросила Татьяна.
— Радуюсь, что нам доверяют. Это не одно и то же.
Андрей вечером услышал наш разговор и нахмурился.
— Мама говорит, что ты специально собираешь недовольных клиентов.
— Я не собираю никого, — сказала я. — Я работаю.
— Она так не думает.
— А ты?
Он не ответил. Как обычно, когда нужно было выбрать не сторону, а собственную позицию.
Этап 3. «– Сотрудников твоих я переманила, – похвасталась свекровь. Я не стала торговаться за людей, хотя запас у салона был всего на месяц»
В середине месяца к нам пришла девушка по имени Ася. Она закончила курсы мастера ногтевого сервиса и искала работу. Опыта у неё было мало, зато в руках чувствовалась аккуратность, а в голосе — желание учиться.
— Я не обещаю вам сто двадцать тысяч сразу, — предупредила я. — У нас нет таких возможностей. Но будет официальное оформление, фиксированная ставка и понятный процент. Будем постепенно наращивать запись.
Ася посмотрела на меня внимательно.
— А если клиентов будет мало?
— Тогда я не буду делать вид, что всё прекрасно. Сядем и обсудим, что можно изменить. Но зарплату за уже выполненную работу вы получите.
Татьяна, услышав это, отвела меня в сторону.
— Ты же понимаешь, что сейчас нельзя брать человека на полупустую запись?
— Понимаю. Но если я продолжу делать всё сама, через неделю просто свалюсь. Ася не заменит сразу четырёх мастеров, но поможет вернуть услуги, от которых мы отказались.
— А если не получится?
— Тогда хотя бы будем знать, что попробовали не на эмоциях.
Ася вышла на работу через три дня. Первые недели я проверяла каждую её работу, а сама задерживалась допоздна. Но постепенно клиенты стали записываться и к ней. Не толпами — по одному, по два. Для начала этого хватало.
Этап 4. «– Сотрудников твоих я переманила, – похвасталась свекровь. Я не стала торговаться за людей, хотя запас у салона был всего на месяц»
Почти в конце месяца Людмила Павловна позвала меня на семейный ужин.
— Ну что, Ирина? — спросила она, едва я села за стол. — Как твой салон? Ещё держится?
Андрей бросил на мать предупреждающий взгляд, но она уже не собиралась останавливаться.
— Держится, — ответила я. — Спасибо, что интересуетесь.
— Я слышала, у тебя теперь новенькая работает. Долго она выдержит на таких условиях?
— Это мы с ней решим сами.
Людмила Павловна усмехнулась.
— Ты могла бы признать, что проиграла. Я предложила людям лучшие условия. Они выбрали меня. Всё просто.
— Они выбрали более высокую зарплату, — спокойно сказала я. — Это их право. Но это ещё не доказывает, что мой салон должен закрыться.
— Не закрывается только упрямство, — вмешался Андрей. — Может, вам обеим пора прекратить эту войну?
Я повернулась к нему.
— Я не начинала войну. Я не переманивала людей, не звонила клиентам и не говорила никому, что он обязан выбрать мою сторону.
— Мама просто открыла своё дело.
— Именно. Пусть развивает его. Я не собираюсь ей мешать. Но и позволять унижать меня за то, что я не стала платить зарплаты, которых салон не потянет, не буду.
Людмила Павловна отодвинула тарелку.
— Ты всегда считала себя умнее всех.
— Нет, — сказала я. — Просто научилась считать.
За столом стало тихо. Андрей опустил глаза. На этот раз я не стала спасать ужин вежливой сменой темы.
Этап 5. «– Сотрудников твоих я переманила, – похвасталась свекровь. Я не стала торговаться за людей, хотя запас у салона был всего на месяц»
На тридцатый день Татьяна положила передо мной отчёт. Запас денег почти закончился, но салон вышел в ноль: расходы покрыли доходы, пусть без прибыли. Запись оставалась неполной, но уже не пустой. У Аси появились свои постоянные клиенты. Я снова вела окрашивания и сложные процедуры. Татьяна договорилась с поставщиком о меньших партиях расходников, чтобы не держать деньги в коробках.
— Один месяц пережили, — сказала она. — Следующий будет чуть легче.
— Если не расслабимся.
— Ты когда-нибудь расслабляешься?
Я улыбнулась.
— В отпуске.
— Ты в отпуске была два года назад.
— Значит, скоро.
В тот же вечер позвонила Ольга, одна из ушедших мастеров. Сначала она спросила, как дела, потом неловко призналась, что у них задержали выплату части зарплаты. Людмила Павловна объяснила это «временной настройкой системы» и обещала всё решить на следующей неделе.
— Ира, я не прошу возвращать меня, — сказала Ольга. — Просто хотела узнать, нет ли у тебя контакта другого салона. Если всё не наладится, я буду искать место.
— Контакт дам, — ответила я. — Но если решишь вернуться к нам, сразу скажу: прежнюю зарплату обещать не могу. Только то, что могу гарантировать.
— Я понимаю.
Мы поговорили ещё немного и попрощались. Я не почувствовала ни торжества, ни желания сказать: «Я же говорила». Только усталость и жалость к человеку, который тоже пытался выбрать для себя лучшее.
Этап 6. «– Сотрудников твоих я переманила, – похвасталась свекровь. Я не стала торговаться за людей, хотя запас у салона был всего на месяц»
Через два месяца в новом салоне сменился администратор. Потом стала реже появляться Лена. Вика осталась, Марина тоже, а Ольга устроилась в другое место. Людмила Павловна перестала рассказывать, что все её мастера довольны.
Она пришла к нам однажды утром — без звонка, без улыбки и без своей привычной уверенности.
— Тебе надо поговорить со мной, — сказала она.
Я как раз проверяла заказ. Татьяна взглянула на меня, но я только кивнула ей продолжать работу.
— Слушаю.
— У меня сложный месяц. Аренда поднялась, клиентов пока меньше, чем ожидала. Я не думала, что всё будет так дорого.
— Понимаю.
— Мне нужен совет. Ты же уже через это проходила.
Я посмотрела на неё и не стала сразу отвечать. В памяти всплыл тот четверг, курица на столе и её довольный голос: «Я договорилась сразу с четырьмя».
— Могу рассказать, как сама считала расходы и планировала закупки, — сказала я. — Но сначала уточню: ты пришла за советом или за тем, чтобы я вернула тебе одну из твоих сотрудниц?
Людмила Павловна поморщилась.
— Я не собиралась никого возвращать.
— Хорошо. Тогда давай поговорим о цифрах. Только без фраз про то, кто кого победил.
Она согласилась не сразу. Но мы всё же сели в кабинете и посмотрели её расходы. Я подсказала, что можно изменить в закупках и расписании, однако на вопрос о том, стоит ли обещать мастерам вдвое больше, чем позволяет доход, ответила прямо:
— Нет. Это нужно было считать до открытия.
Она долго молчала.
— Ты могла бы порадоваться, что я пришла за помощью.
— Я рада, что ты пришла говорить, а не снова хвастаться. Но это не значит, что я забыла, как всё началось.
Людмила Павловна отвернулась к окну.
— Я думала, что смогу тебе доказать, что ты ничего не понимаешь в бизнесе.
— А я думала, что ты хочешь просто открыть салон. Видимо, мы обе ошиблись.
Этап 7. «– Сотрудников твоих я переманила, – похвасталась свекровь. Я не стала торговаться за людей, хотя запас у салона был всего на месяц»
Дома Андрей ждал меня на кухне. На столе стояли две чашки чая, который он налил ещё до моего возвращения.
— Мама сказала, ты ей помогла.
— Подсказала пару вещей. Она сама решит, что с ними делать.
— Ты могла отказать.
— Могла.
Андрей покрутил чашку в руках.
— Я должен был тогда вмешаться. За ужином, когда она сообщила про мастеров.
— Да.
— Я убеждал себя, что если промолчу, вы сами договоритесь. А на деле просто не хотел ссориться с ней.
— Я заметила.
Он помолчал, потом добавил:
— Прости.
Я не ответила сразу. Извинение не отменяло того, что произошло, но впервые за долгое время Андрей хотя бы не объяснял мне, почему я должна была понять его мать.
— Я не прошу тебя выбирать между мной и ею, — сказала я. — Но мне важно, чтобы ты не притворялся нейтральным, когда кто-то унижает меня или вмешивается в мою работу.
— Понял.
— Надеюсь.
Утром я открыла салон в восемь. Ася уже была на месте и выкладывала в соцсети фотографии своей новой работы. Татьяна звонила поставщику. На сегодня оставалось пять записей — вдвое больше, чем в первый понедельник после ухода мастеров.
Это ещё не было победой. И поражением тоже не было.
Я больше не пыталась удержать людей любой ценой. Не обещала того, чего салон не мог дать. Не просила клиентов доказать свою преданность. Мы просто делали работу хорошо, держали слово и постепенно возвращали доверие.
А Людмила Павловна больше не говорила, что переманила моих сотрудников.
Теперь, когда мы случайно встречались на семейных ужинах, она спрашивала:
— Как дела в салоне?
И я отвечала:
— Работаем. Растём. По своим силам.
Это был не громкий финал и не эффектное возмездие. Просто однажды я поняла, что мне больше не нужно выигрывать спор со свекровью. Мне нужно было сохранить дело, которое я построила сама, — не любой ценой, а на условиях, за которые мне не стыдно.
